Персональная песня дедушке

Твой старый китель пахнет горьким дымом, В петлице блик немеркнущей звезды. Ты шёл из детдома путём незримым, Где вмёрзли в лёд военные следы. Блокадный ветер бил в прицел приклада, Ты замирал, не чувствуя лица. Ты стал стеной за камни Ленинграда, Мальчишка без фамилии отца. Наш дед Максим — души большая крепость, Ты через дым дошёл до тишины. Твоя любовь — святая неизбежность, Простой ответ на ужасы войны.

На кителе тяжёлом след металла, Медаль «За отвагу» — цена тишины. В шестьдесят твоё сердце покоя не знало, Когда ты вернулся с суровой войны. Ты помнишь разрывы и поле в тумане, Как шёл через боль, заслоняя собой. Лишь шрам на плече, как глубокая рана, Напомнит о том, как закончился бой. Наш дедушка Вася — и сила, и правда, Ты наш ориентир в этом мире ветров. За мирное небо, за наше «позавчера», Тебе посвящаем мы тысячи слов.

На гитаре струна отзывается звонко, В доме пахнет уютом и крепким чаем. Вы смеётесь задорно, почти как мальчишка, Юбилей в шестьдесят всей семьёй отмечаем. Чёрный Джек у порога виляет хвостом, Он за вами готов и в огонь, и в воду. Валерий Михайлович, в доме родном Вы храните тепло и живую свободу. С днём рождения, папа, наш компас в пути, Шестьдесят — это только начало похода. Пусть удача сама к вам захочет прийти, Оставайтесь опорой для нашего рода.

В старом шкафу за зеркальной дверцей, Тяжёлый пиджак на железных плечах. Там ордена притаились у сердца, И память застыла в твоих орденах. Ты редко за ужином шёл в наступленье, Не терпит война суеты и вранья. Лишь шрамы на теле — как карты сражений, Где выжила только пехота твоя. Мой дед Николай, за порогом весна, Ты снова уходишь в тот майский рассвет. В глазах твоих тихих — чужая война, В молчании длинном — на всё есть ответ.

В старом ящике письма под лентой пылятся, Сентябрь сорок четвёртого, Латвия, мгла. Тебе вечно в памяти будет лишь двадцать, А дома на кухне горела свеча. Фрося окна не плотно в мороз закрывала, Всё слушала шорох у самой двери. Она твоё имя губами шептала, Пока не погаснут вдали фонари. Мой дедушка Ваня, ты стал тишиною, Остался в лесах за чертой берегов. Мы гордо выходим на марш всей семьёю, Неся твою правду сквозь горечь веков.